Previous Entry Share Next Entry
ИНТЕРВЬЮ С CHAZBO
digimanselector

Многие из вас наверняка знают Чазбо по видео-клипам, которые студия Conscious Sounds регулярно выкладывает на ютуб, — там он микширует треки в студии, дует в мелодику на заднем сиденье машины во время французских гастролей с Culture Freeman и Dougie Conscious, и иногда помогает снимать эти видео, отсчитывая кадры взмахом косячка. Кроме этого, о нём практически ничего не известно, хотя Чазбо и активен на рэгги-сцене уже больше десяти лет. Насколько я знаю, это первое интервью Чазбо, в котором он рассказывает о себе, о своём увлечении японской культурой и многом другом.


— Привет, Чазбо! Как поживаешь?
 
— Всё в порядке, спасибо.
 
— Представься, пожалуйста, для тех, кто ничего не знает о тебе и твоей музыке.
 
— Меня зовут Чазбо, я участник даб-группы Bush Chemists и команды лэйбла, который называется Conscious Sounds.
 
— С чего началось твоё увлечение музыкой?
 
— У меня были друзья, игравшие в неплохой рутсовой группе, и, когда мне было примерно 18 лет, я присоединился к ним, — помогал переносить колонки, оборудование и т.п.
 
— Как называлась эта группа?
 
— «Reality», — довольно стандартное название по тем временам. Если не ошибаюсь, это был 1985 или 1986 год. В группе также состоял Culture Freeman. Поначалу я помогал носить колонки, подключал оборудование и инструменты, — барабаны и всё такое.
Однажды мы настраивали микшер, — музыканты играли, а я в это время крутил ручки дилэя и ревера на разных дорожках, на клавишах, вокале, и они сказали мне: «Эй, эта работа как-раз для тебя, будешь миксинг-инженером на наших живых выступлениях». Это и был мой первый музыкальный опыт.
 
— Как это занятие переросло в собственное творчество?
 
— Друзья из группы, клавишник и гитарист, показали мне несколько аккордов на пианино, научили обращаться с драм-машинами и синтезаторами. Был конец 80-ых, и вся эта техника постепенно входила в обиход рэгги-музыкантов. Мне одолжили драм-машину, небольшие клавиши, 4-канальный микшер, эхо-процессор и ещё кое-какие примочки. Я перетащил всё это к себе домой в спальню, подключил, одел наушники, и стал пробовать делать свои треки.
 
— Что-нибудь из этого материала издано?
 
— Да, парочка треков есть на LP «Strictly Dubwise». Первый трек на альбоме, Dub To Selassie, и ещё несколько вещей сделаны на этой старой 4-канальной студии.
 
—  Ты в основном известен по совместным работам с Dougie Conscious. С чего началось ваше сотрудничество?
 
— Я знаю Дуги с 1989 года по камденской тусовке. С группой мы ездили по воскресеньям в Камден, это было популярное место, где собиралось много хороших музыкантов, можно было запросто покурить и всё такое, в общем, отличное место. Дуги в то время держал небольшую музыкальную лавку, и я иногда покупал у него пластинки.
Ещё был такой магазин — «Youth Sound», принадлежавший парню по имени Pepi, итальянцу, который делал треки вместе с Danny Red и Manasseh. В этом магазине работал Culture Freeman, а Дуги иногда приходил туда и приносил свои пластинки на продажу.
Как-то раз Фриман подал идею: «Вы должны попробовать делать музыку вместе». Я подумал, что действительно было бы неплохо, и, снова встретив Дуги в Камдене, предложил ему сотрудничество. Он ответил: «Без проблем, приходи в мой магазинчик, прямо там и начнём». Вот с этих треков, которые мы делали у него в лавке, началось наше совместное творчество.
 
— Это было до Centry?
 
— Нет, по-моему Centry как-раз выпускали первые пластинки — «Can’t Touch Jah», «Stepping Time», вещь с Barry Issac «Jah Bible», альбом Tena Stelin. Эх, славные были времена!
 
— С тех пор вы постоянно работаете вместе, и издали очень много музыки под маркой Bush Chemists.
 
— Да, Bush Chemists, — так мы назывались с самого начала.
 
— Кто придумал название?
 
— Сейчас уже точно и не скажешь, если не ошибаюсь, Кальче Фриман.
 
— В середине 90ых у вас вышло много альбомов. Как реагировали на них в то время?
 
— Думаю, людям по-настоящему нравилась наша музыка. Первой вещью, которую мы издали, была «Maniac Dub», — мы поместили её на оборот 12-тидюймовки «Long Long Time» King General-a. Это было примерно в 1993 году. В следующем году мы издали первый альбом, и с тех пор не останавливались, — альбом с Jonah Dan, с Ras-I, потом «Light Up Your Spliff», альбомы King General и Culture Freeman.
Наши пластинки получали хорошие рецензии, Джа Шака и Аба-Шанти ставили их на своих сейшенах, наша музыка звучала по радио в передачах Joe Jay и Manasseh. То есть, с самого начала всё было довольно удачно. Когда саунд-системы ставят твою музыку, ты дополнительно получаешь отличный промоушен.



— Вспомни ощущение, когда ваши треки впервые ставили на сейшенах?
 
— Я как-то был на сейшене Jah Shaka, где он играл наш «Maniac Dub». Я тогда вообще первый раз был на его сейшене. Надо сказать, что можно было только мечтать о том, что Шака поставит твой трек, — это было очень круто.
Я тогда испытал состояние, близкое к эйфории, — стоял и наблюдал, разглядывал публику. Люди вокруг прыгали, танцевали. Шака заводил свой чантинг, и все были мокрые от танцев. Это был нереальный вайб. Шака мог поднять иглу с пластинки и поставить трек заново, убрав все частоты, кроме баса — и ты слышал только «бум…бум...бум...». Но в этом и был настоящий кайф, это те самые моменты, за которыми приходишь на сейшен, и круче которых для меня в музыке нет ничего. Можно сказать, это кульминационные моменты всего сейшена.
 
— Кроме написания огромного числа дабов, ты ещё работаешь с вокалистами. Ты специально это планируешь или это просто следствие твоей работы даб-мастером?
 
— Скорее второе. По правде говоря, большинство вокалистов, с которыми работает наша студия, приходят к Дуги, — он осуществляет все связи с вокалистами и музыкантами. Через студию проходит много артистов, они записывают что-нибудь для себя, и иногда Дуги предлагает им сделать совместку, а потом уже сообщает мне, с кем мы будем работать. Всю работу с вокалистами выстраивает Дуги, а я с удовольствием берусь за инструментальную часть.
 
— Давай подробнее остановимся на инструментальной части, и на самих инструментах. Когда у тебя появилась мелодика?
 
— Это было примерно в 93-94. Дуги купил небольшую мелодику и сразу дал мне её в руки: «Сыграй». Я ответил, — «Окей», — и потом начал носить её на выступления, играл на танцах. Это было примерно в 1995 году. С 96-го мы начали гастролировать по Европе, и Дуги настаивал, чтобы я оттачивал мастерство игры, иначе мне просто нечем было бы заниматься на сцене. Таким образом, я стал регулярно играть на мелодике, и мог полноценно принимать участие в наших выездных сейшенах.
 
— Ты, как я это называю, «продюсер-невидимка» для таких артистов как, например, Barry Issac. Расскажи об этом подробнее.
 
— Это правда. За всё время я сделал уйму треков для разных артистов и продюсеров, — много для Dubateers, очень много для Барри и т.д.. Некоторые артисты сейчас плотно сотрудничают с моим собственным лэйблом Roots Temple, как, например, девушка по имени Makiko из японской группы Killa Sista. Она очень талантливый музыкант, превосходно играет на мелодике. Ещё одна девушка, с которой я много работаю, — Sister Sai, из японского саунда Dub JUA. В общем, совместных проектов и новой музыки у меня, как всегда, выше крыши.
 
— Я пытался найти в интернете хоть какую-то информацию о тебе, но так ничего и не нашёл. Много ваших студийных видео, но нет ничего персонально о тебе. Ты как-будто всегда находишься за кадром, даже во время студийных интервью. Обычно Дуги что-то рассказывает, а ты сидишь рядом и киваешь головой. А, ну ещё затягиваешься сплиффом, ха-ха..
 
— Что ж, это мой характер. Более того, могу признаться, что до появления интернета я чувствовал себя комфортнее, потому что никто не знал кто я такой, и меня полностью устраивало, что я нахожусь «в тени». Я мог прийти на танцы и никто меня не беспокоил. Но с появлением всех этих интернет-дел, фото, ютуба, люди стали видеть меня чаще. Для меня излишнее внимание обременительно, я предпочитаю находиться на втором плане.
 
— И оставляешь музыке право говорить за тебя?
 
— Именно. Меня это полностью устраивает.
 
— Как правило, музыка, которую ты делаешь для других артистов, — это музыка «саунд-системная», близкая тем, кто посещает саунд-системные сейшены и ценит весь этот вайб. Однако, под своим именем ты выпускаешь музыку несколько другого плана, более глубокую.
 
— Раньше, в 70-е, 80-е годы, да и во времена нашей юности, рэгги-музыка была в Англии намного популярнее. И её играли действительно на высоком уровне. То же самое и с рутс-музыкой, — это было мощное движение, и оно занимало свою нишу в британской музыке. Были, например, коллективы уровня UB-40, с сильными духовыми секциями.
Я хочу сказать, что та музыка, на которой мы росли, была действительно очень качественно сделана и слушалась гораздо естественнее, чем то, что сейчас делают ребята, сидя у компа и забивая ноты в секвенсор.
Поэтому я пытаюсь включить в свои треки всё лучшее, на чём вырос. Мне нравится слышать приятные, интересные мелодии, приятную музыку. С другой стороны, в качестве основы для всего этого, я хочу взять мощный, тяжёлый саунд-системный звук. Потому что такой звук я тоже очень люблю. В саунд-системных треках для меня очень важно присутствие музыкальности.

—  Расскажи о своём увлечении Японией и всем этим дальневосточным колоритом.
 
— О, я просто люблю эту страну, ха-ха! Что именно ты хочешь знать? Я ведь могу рассказывать о Японии часами, поверь мне.
 
— Я имею ввиду азиатское влияние, которое можно увидеть в оформлении твоих пластинок и услышать в твоей музыке. Даже твоя страничка на майспейсе сделана в восточном ключе.
 
— Да-да.
 
— Как ты всем этим увлёкся?
 
— Наверное через Аугустуса Пабло. Когда я был совсем молодым, то фанател от его музыки. Особенно меня цепляли его уникальные гармонии, с налётом чего-то дальневосточного. Если вернуться в ещё более далёкие времена, когда я был школьником и косил под рудбвоев, мне нравились The Specials и игра их тромбониста Rico. Я начал учиться музыке, изучая манеру Рико и то, откуда она идёт, — так открыл для себя The Skatalites и Prince Buster. Можно пойти ещё дальше и вспомнить Дона Драммонда, который любил мелодии в таком дальневосточном стиле.
Короче говоря, мне с самой юности всё это нравилось, и я всегда искал такой саунд. Аугустус Пабло, кстати, был неравнодушен к Японии. Теперь, когда я сам побывал там, моя любовь ко всему азиатскому вспыхнула с новой силой.


 
— Продолжим японскую тему. Расскажи подробнее о Макико, имя которой стоит на твоей пластинке Seven Winds From The East.
 
— О, это очень талантливая девушка из Токио. В начале нулевых у неё было несколько совместных работ с Mighty Massa для его альбома. Во время моей поездки в Японию мы встретились, я послушал её треки и был очень впечатлён. Это не только очень музыкальный материал, но при этом ещё и очень мощный. Таким и должен быть настоящий тяжёлый даб.
Я смотрел на трёх девушек, стоящих передо мной, и спрашивал: «Неужели вы сами делаете этот саунд?», — а они в ответ только хихикали: «Да-да, мы сами». Я подумал «ни фига себе»! Трудно было поверить, что они могут выдавать такой мощный дабовый звук, и я проникся к ним большим уважением.
 
— Ты сейчас говоришь о Killa Sista?
 
— Да-да, о них. Мы договорились, что будем поддерживать связь. Я стал присылать им свои риддимы, а Макико записывала поверх них партии мелодики, и отсылала обратно. Я очень рад нашему сотрудничеству.

— Значит, мы услышим новые совместные работы?
 
— Конечно. Макико в данный момент работает над пятью нашими треками. В планах выпустить совместный альбом, а через пару недель выйдет наша 12-тидюймовка. На пластинке так же будут голоса сыновей певицы по имени Naffi-I, — одному из них, Iquela, во время записи было 8 лет, а его младшему брату Kyan — всего лишь три года. Получился довольно необычный саунд, отметились интересные музыканты, — на басу и гитаре, например, Hughie Izachaar. В общем, очень достойная компания людей и артистов.
 
— Я заметил, что твои вещи, изданные на Roots Temple, звучат как полноценные инструментальные произведения, а не просто даб-треки. В них обычно присутствует духовая секция, живые гитары и бас и т.д. Ты намеренно добиваешься такого саунда или всё это диктует случай?
 
— Я специально хочу получить этот саунд, но я шёл к нему постепенно, не один год.
Как-то раз, работая в студии с Love Grocer, я познакомился с духовиками Ital Horns и они записали несколько партий для меня. Это было очень здорово, мне вообще нравится подключать к работе других музыкантов. Играть все партии и мелодии самому не очень интересно. Я люблю, например, когда басовую партию записывает другой музыкант, когда в единый процесс вовлечены много людей. Работая с разными артистами, ты получаешь от каждого свой особенный вайб. Для меня это очень ценно.
 
— А как ты познакомился с Love Grocer?
 
— Я знаю их много лет. Тромбонист Крис был участником Centry и входил в самый первый состав риддим-секции Conscious Sounds. Дэйв, играющий на трубе, работал с нами над альбомом Dub Convention, который мы делали для Fashion Records в 1996 году. Я был в Love Grocer звукорежиссёром, когда они только начали гастролировать. Тогда мы и подружились. К тому же, они живут неподалёку.
 
— Расскажи о своём лэйбле Roots Temple.
 
— Идея проста — мы с моими духовиками Дэйвом и Ричардом откладывает кое-какие деньги, которых будет достаточно для выпуска пластинки, а потом делаем релиз.


 
— Какой релиз был первым?
 
— Roots Temple, с Mas Que Nada на обороте. Это такая переработка…
 
—…старой бразильской песни?
 
— Точно. Имя артиста не помню, кажется, Серхио… Ребята знали, что если скажут мне «Давай переиграем эту песню», то я не соглашусь. Поэтому они пошли обходным путём: «Мы хотим сделать рутсовую вещь в E-minor», и начали наигрывать мне партию — «ту-ту-ту» (напевает мелодию из Mas Que Nada). И, чёрт возьми, это звучало очень хорошо! Мы сразу начали работу, и закончили вещь в тот же день. Я подумал «как же они круты!», не подозревая, что они прекрасно знают эту мелодию до последней ноты. Но я доволен тем, что в итоге получилось.
Следующая вещь, которую мы записали — Meditation Master. Я хотел поработать над ней серьёзнее, поднять планку повыше. Я постоянно нахожусь в процессе самосовершенствования, ведь музыка это такой обучающий процесс. Это очень важный момент — стараться с каждым новым треком улучшать свой саунд.
 
— Вы работаете над релизами Roots Temple только втроём?
 
— В основном. Тем не менее, в моей дискографии есть такие семидюймовки как Seven Winds From The East и Golden Fountain, то есть я не ограничиваюсь выпуском однотипных вещей. Сначала это трек с духовой секцией, потом сингл с участием японских музыкантов. Затем альбом. Я хотел бы вывести лэйбл Roots Temple на новый уровень, мне хочется вовлечь в работу ещё больше артистов.
 
— Коллективный вайб?
 
— Да, некое коммьюнити, команда единомышленников, что-то вроде того.
 
— Твои планы на будущее?
 
— Больше музыки, раста! У нас на подходе альбом с Ital Horns. Работа начата достаточно давно и уже близка к завершению. Кстати, там поучаствовал Рико, он не раз бывал у нас в гостях, и мы записали с ним несколько треков. Осталось доделать примерно три трека и альбом можно считать завершённым. В процессе совместные работы с Макико, альбом, несколько синглов. Я так же начал работу над альбомом с Sai из Dub JUA Sound. Короче, масса проектов, масса музыки.
 
— Кто такая Sai? Вокалистка?
 
— Да. Это знакомая одного моего японского друга. Она связалась со мной через и-мэйл и предложила поработать вместе. Я сказал «конечно, давай». Работа идёт, как я и задумывал, — я хочу закончить ритмы для её альбома и отослать материал в Японию, где она сможет их выпустить. Для неё это будет шаг вперёд, неплохое подспорье в музыкальной карьере.
 
— Звучит интригующе. Рад слышать, что ты планируешь выпускать альбомы. Сейчас всё в основном издаётся синглами, а альбомов очень мало. Определённо, ты задаёшь хорошую тенденцию.
 
— Конечно, я планирую выпуск альбомов, хотя от разных продюсеров часто слышу, что они так или иначе разочарованы в самой идее издавать виниловые LP. В наши дни это крайне невыгодно с экономической точки зрения.
 
— Не спорю. Но под изданием альбома я имел ввиду CD-релиз. Стоимость винилового LP очень высока, тогда как альбом на сиди это невероятно удобно. Требуется продать не так уж много копий, чтобы покрыть расходы на выпуск диска, к тому же это продукт, который можно легко распространить по всему миру. Это выходит дешевле даже, чем издать семидюймовку.
 
— Это так. Дешевле, или сравнимо по затратам. Поэтому мне хотелось бы издать эти треки в формате альбома. Кстати, музыкальный рынок в Японии больше ориентирован на альбомы. Загвоздка в том, что CD они покупают не очень охотно, да и в Европе многие коллекционеры не признают ничего, кроме винила. Но, в конечном итоге, смысл затеи, — оказать поддержку молодому артисту. Дать небольшой задел на будущее, который поможет в построении музыкальной карьеры.
 
— Что ж, я думаю нам пора завершать интервью. Напоследок я буду называть имена некоторых артистов, с которыми ты работал, а ты вкратце расскажи что-нибудь о них. Начнём с Barry Issac.
 
— Барри великий! Это учитель, старый мудрый растаман. Он всегда присматривает за нами, помогает в музыкальных делах. Хочу сказать ему спасибо, от души. Он настоящий воин.
 
 King General?
 
— О, это талант, его живые выступления это огонь!
 
— У тебя вышло много совместных работ с Dubateers, что скажешь о них?
 
— Эти ребята очень круты. Они молоды, начали свой музыкальный путь недавно, но делают достойную музыку. Мы стараемся поддерживать молодых артистов, ведь они обогащают сцену своей энергией. Мы люди разных поколений, они лучше нас знают, как достойно представить свою продукцию в сети. Умеют сделать хороший сайт или обложку для релиза. С ними интересно.
 
 Ital Horns?
 
— Это мои старые друзья, мы как семья!
Все, кого ты сейчас называл, это практически члены семьи.
 
 Culture Freeman?
 
— Мой братан! Мы с ним рука об руку ещё с тех пор, как были подростками.
 
— Планируются ваши совместные работы?
 
— Конечно.
 
— Кстати, давно его не было слышно.
 
— В этом году что-нибудь непременно издадим. У меня есть треки, написанные специально для Фримана. Как минимум, он будет присутствовать на альбоме с Ital Horns. В общем, ты его ещё услышишь!


 
— Ну и наконец, Дуги.
 
— Дуги это мой дружище, без которого Conscious Sounds просто не существовало бы! Я давно его знаю, он очень душевный мужик. Поверь мне, в музыкальных делах ему нет равных. Он уделяет массу времени и сил музыке, артистам. Без его драйва и решительности, без его убеждённости, не было бы нашего творчества (показывает на себя и сидящего рядом King General-а). Огромный респект ему, потому что на нашем пути действительно важно быть решительным и убеждённым. Это довольно сложно, тут нужна особая стойкость.
 
— Полностью согласен. Большое спасибо за твои ответы, Чаз!
 
— На здоровье, друг!

Интервью — http://www.alltribeswelcome.com
Адаптация — Digiman

  • 1
Спасибо, интересно)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account